Сомневающимся
Видео к разделу

крест   logo-textlogo-text  logo-text

Некоторые чудеса.

Господь всегда зовет нас к Себе. "Се, стою при дверех и стучу, кто откроет Мне, буду вечерять с ним...". Голос Господа тих, Он не выступает по телевизору, не размещает призывов в СМИ, Он ждет, когда мы обратимся к Нему сами, без понуждения с Его стороны. Верным своим Он щедро дарит чудеса, происходящие с человеком обычно незаметно и спокойно. Для укрепления веры и утешения Господь иногда дарит явные, видимые всем чудеса.

Благочестивое церковное предание гласит, что при конце времен Господь лишит нас Cвоих чудес, и их место займут лжечудеса антихриста.
Перед чтением, пожалуйста, ознакомьтесь с православным отношениемправославным отношением к чудесам.

 

Кровь святого Ианнуария.

Вот уже несколько столетий в Неаполе наблюдают удивительный феномен – «чудо крови святого Ианнуария».

Св. Ианнуарий, епископ Беневента. Род. ок. 275 года. Во время преследований христиан императором Диоклетианом (234 – 313) епископ Ианнуарий вступился за несправедливо арестованного диакона Сессия, хотя знал, что грозит ему это смертью. Действительно, наместником Драконцием он был взят под стражу и приговорен к смертной казни. 19 сентября 305 года св. Ианнуарий был обезглавлен. Историки утверждают, что свой мученический подвиг он совершил в Поццуоли в 305 году. Во время казни одна христианка собрала в сосуды его кровь, которая хранится в кафедральном соборе Неаполя.

Реликвии находятся в капелле, построенной в знак благодарности святому за спасение Неаполя от чумы 1526 года. В бронированном шкафу – реликварий, внутри которого два сосуда IV века. Один из них, побольше размером, наполнен кровью до двух третей. В другом, поменьше, крови немного. Оба сосуда запечатаны очень твердой мастикой, которой уже 16 веков.
Ежегодно 18 сентября, в канун мученической кончины святого Ианнуария, перед собором в Неаполе собирается много народа. На следующий день люди увидят необычное, удивительное зрелище, чудо, которое бросает вызов всему ученому миру и которое этот ученый мир объяснить не может. Застывшая кровь человека, жившего в IV веке, внезапно переходит в состояние текучести. На глазах у всех она меняет цвет, массу, объем. В жидком состоянии кровь будет еще восемь последующих дней. Чаще всего на ее поверхности появляются пузырьки, и кровь таинственно «кипит». Восемь дней чуда крови св. Ианнуария – это дни молитвенного бдения.
Ученых удивляет феномен изменения объема крови, которая, то заполняет собой весь сосуд, то уменьшается до совсем небольших размеров. Изменяется цвет: от ярко-красного до охристого. Изменяется даже масса крови. Полностью противоречит законам физики и время перехода крови из обычного в текучее состояние. Иногда это происходит мгновенно, а иногда продолжается несколько минут или целый день. То же самое и с остыванием.
Физики и гематологи согласны, что сохранность крови на протяжении семнадцати веков (!) в морфологически неизменяемом состоянии и неожиданные ее изменения в объеме и массе, переход в жидкое состояние и возвращение в изначальное – невозможно объяснить научно.
Спектрографический анализ подтвердил: вне всякого сомнения, мы имеем дело с настоящей артериальной человеческой кровью без добавления каких-либо чужеродных химических веществ.
Итальянский ученый, профессор Гастоне Ламбертини после многолетних исследований пришел к выводу: кровь святого Ианнуария – это живой пульсирующий сгусток, она – не плод некой «бредовой» набожности, но знак вечной жизни и воскресения.
Необъяснимым образом кровь св. Ианнуария не подчиняется обычным законам природы, ибо тогда она давно бы уже высохла и превратилась в прах. Это прямое свидетельство о вечной жизни, призыв к вере во Христа и всеобщее воскресение всех людей, когда-либо живших на земле.
Память священномученика Ианнуария, епископа, в Православной Церкви празднуется 4 мая по новому, 21 апреля по старому стилю.

Ланчанское чудо.

В VIII веке в церкви Сан - Легонций итальянского города Ланчано при совершении Таинства евхаристии под пальцами сомневающегося в Таинстве иеромонаха преломляемый Хлеб превратился в тонкий срез Плоти, напоминающий мышечную ткань человеческого тела, а вино в чаше стало густой алой жидкостью, напоминающей Кровь.
Прошли века - и чудесные Дары стали объектом внимания ученых. С 1574 года над Святыми Дарами велись различные опыты и наблюдения, а с начала 1970-х годов они стали проводиться на экспериментальном уровне. Но данные, полученные одними учеными, не удовлетворяли других.
Профессор медицинского факультета Сиенского университета Одоардо Линолди, крупный специалист в области анатомии, паталогической гистологии, химии и клинической микроскопии, проводил со своими коллегами исследования в ноябре 1970 и в марте 1971 годов и пришел к следующим выводам. Святые Дары, хранящиеся в Ланчано с VIII века, представляют собой подлинные человеческие Плоть и Кровь. Плоть является фрагментом мышечной ткани сердца, содержит в сечении миокард, эндокард и блуждающий нерв. Возможно, фрагмент плоти содержит также левый желудочек - такой вывод позволяет сделать значительная толщина миокарда, находящаяся в тканях Плоти. И Плоть, и Кровь относятся к единой группе крови: АБ. К ней же относится и Кровь, обнаруженная на Туринской Плащанице. Кровь содержит протеины и минералы в нормальных для человеческой крови процентных соотношениях. Ученые особо подчеркнули: более всего удивительно то, что Плоть и Кровь двенадцать веков сохраняются под воздействием физических, атмосферных и биологических агентов без искусственной защиты и применения специальных консервантов. Кроме того, Кровь, будучи приведена в жидкое состояние, остается пригодной для переливания, обладая всеми свойствами свежей крови. Руджеро Бертелли, профессор нормальной анатомии человека Сиенского университета, проводил исследования параллельно с Одоардо Линоли и получил такие же результаты. В ходе повторных экспериментов, проводившихся в 1981 году с применением более совершенной аппаратуры и с учетом новых достижений науки в области анатомии и паталогии, эти результаты вновь были подтверждены.
По свидетельствам современников чуда, материализовавшаяся Кровь позже свернулась в пять шариков разной формы, затем затвердевших. Интересно, что каждый из этих шариков, взятый отдельно, весит столько же, сколько все пять вместе. Это противоречит элементарным законам физики, но этот факт, объяснить который ученые не могут до сих пор. Помещенная в античную чашу из цельного куска горного хрусталя, чудесная кровь уже двенадцать веков предстает взорам посещающих Ланчано паломников и путешествующих.

Благодатный огонь.

Ежегодно, около полудня в Великую субботу Страстной седмицы, в самый канун Православной Пасхи Христовой (именно Православной), из подворья Иерусалимской Патриархии выходит крестный ход во главе со Святейшим Патриархом Иерусалимским и направляется к Кувуклии - часовне, построенной над Гробом Господним и, трижды обойдя её, останавливается перед её вратами. Все свечи и огни в часовне потушены. Десятки тысяч паломников со всего мира в напряжённом молчании наблюдают за Патриархом, который в длинном ниспадающем хитоне входит в Кувуклию и, стоя на коленях перед Гробом, молит Господа о ниспослании Благодатного огня.
И вдруг, на мраморной плите надгробия появляется как бы огненная роса в виде шариков голубоватого цвета. Святейший прикасается к ним ваткой, и она воспламеняется. Этим огнём Патриарх зажигает лампаду и свечи, которые выносит к народу и от которых, к всеобщему ликованию многотысячной толпы паломников, в храме и на улице вспыхивает огромное море огня из факелов и свечей, ибо каждый держит в руке пучок свечей из 33 штук, по числу лет жизни на земле в человеческом образе Спасителя - Господа Иисуса Христа.
Этот Благодатный огонь имеет особые свойства - он несколько минут не обжигает, поэтому им люди очищают себя, умываются, проводят по лицу и волосам. Проходит некоторое время (несколько минут), и огонь приобретает обычные свойства.

Фавроское чудо.

Так же ежегодно, в день православного праздника Преображения Господня, 6-го августа по старому стилю (19 августа по н.ст.), над горой Фавор в Палестине, появляется облако. Это вызывает удивление ещё и потому, что летом там облаков вообще не бывает. Облако спускается на православный храм, стоящий на верху горы, покрывает его и людей в нём.

Дары волхвов.

До наших дней хранятся в монастыре св. Павла на Святой Горе Афон известные и описанные в Св. Евангелии дары волхвов, принесённые новорождённому Богомладенцу Иисусу две тысячи лет тому назад в честь рождества Его, как вочеловечившегося Бога и Спасителя мира, о чём они знали из древних пророчеств. История сохранила даже их имена - Валтасар, Гаспар, Мельхиор. В дар Богомладенцу они принесли: золото - как Царю, ладан - как Богу, смирну - как Человеку.

Золото: двадцать восемь небольших пластин разной формы: - трапеция, четырёхугольник, многоугольник. На каждой - тончайший филигранный орнамент, который ни разу не повторяется. Ладан и смирна - небольшие шарики, величиной с маслину. Ценность всех даров не только духовная, но и историческая, и археологическая. Помещены они в небольшие ковчежцы - мощевики. От этих даров и поныне исходит удивительное благоухание. Иногда их выносят из монастырской ризницы для поклонения паломникам, и тогда благоуханием наполняется вся церковь. Монахами замечено, что дары исцеляют одержимых нечистыми духами.

Мироточение.

В цивилизованном мире, пожалуй, уже не найдётся человека, который бы не слышал о многочисленных случаях мироточения и даже кровоточения икон, и не только в храмах, но и в домах у православных христиан. Причём, это не зависит от той основы, на которой икона написана, - будь то дерево, стекло или даже бумага. А сколько людей было исцелено от тяжёлых недугов после их помазания священным миром!

Помощь в операции.

Если бы эту историю рассказал кто-то другой, я не рискнул бы её пересказывать, настолько она кажется невероятной. Но архимандрит Нектарий (Антонопулос), настоятель Преображенского монастыря в Сагмате, человек высокого авторитета и безусловной честности. Это он написал книгу об архиепископе Луке, положив начало его широкому почитанию в Греции, он преподнёс в дар нашей епархии серебряную раку для мощей Святителя, организовал множество паломнических поездок детей в Грецию…

Сегодня архимандрит Нектарий в очередной раз приехал в Симферополь, и вот что он рассказал.

В Афинах тяжело заболел мальчик. Настолько тяжело, что врачи отказались делать операцию, а предложили обратиться в один из лучших медицинских центров Германии, оборудованный по последнему слову техники.

Так и сделали.

Сопровождал мальчика и отец Нектарий. И вот после многочасовой, сложнейшей операции выходят хирурги и заявляют:

- Непонятно, зачем Вы привезли ребёнка в наш центр, если у вас самих есть такой замечательный специалист!

- Какой специалист? — удивился отец Нектарий.

- Ну, тот, что подсказывал нам, давал ценные указания, руководил операцией. Профессионал высочайшего уровня! Можно сказать, что благодаря ему операция прошла блестяще.

- Странно, но никакого специалиста с нами не было, вы что-то путаете…

- Ну, как же, такой — в медицинском халате старого образца, сейчас уже таких нет, с седой бородой… да он вот только что перед нами из операционной вышел, как же вы его не заметили?..

Изумлённый отец Нектарий попросил показать ему журнал регистрации. Напротив фамилии мальчика стояли фамилии хирургов, делавших ему операцию и последней в ряду была запись, сделанная от руки по-русски: «Архиепископ Лука».

Дивны дела Твои, Господи!

От себя добавлю: поистине от детской, непосредственной веры греков, происходит и повсеместное почитание святителя Луки в благословенной Элладе. И как же эта вера контрастирует с нашим изумительным равнодушием и холодностью, когда множество людей, живущих в Симферополе, и понятия не имеют о том, кто такой архиепископ Лука (врач, хирург, прошедший Великую отечественную войну от начала до конца, архиепископ, основоположник школы гнойной хирургии, лауреат Сталинской премии). Может этим отчасти объясняется такое обилие чудес, совершаемых Святителем в Греции и относительное «затишье» у нас, на его земной родине.

Стояние Зои. Окаменевшая девушка.

В середине 50-х годов в простой советской семье в Самаре, тогдашнем Куйбышеве, случилось чудо, рассказы о котором быстро разлетелись по российским городам. Это было время, когда вновь начинались гонения на Церковь, и Господь показал этим чудом хулителям икон, хулителям Церкви, что за это неминуемо будет расплата.
Эта история случилась Рождественским постом зимой накануне нового 1956 года в одном из небольших деревянных домов на Чкаловской улице. Молоденькая работница трубочного завода Зоя справляла новогоднюю вечеринку в кругу своих друзей. Запаздывал ее жених по имени Николай, но его не стали ждать. Молодежь веселилась. Было вино, танцы. Танцевали, разбившись по парам, а жениха Зои все не было.
Девушка сначала грустно сидела в уголке, а потом вдруг кинулась к божнице и сняла с нее старинный образ святого Николая Чудотворца. «Мой не пришел, буду с ним вот танцевать», — хохоча, воскликнула Зоя.
Все бросились отговаривать ее: что это, мол, грех. На что девушка сказала: "Если Бог есть, пусть меня накажет", — и кинулась в круговую, держа Николая Угодника как кавалера. Прошла два круга и, к ужасу собравшихся, окаменела с иконой в руках. Веселье обратилось в ужас. Все в страхе выбежали из комнаты. Одна Зоя осталась стоять с иконой святителя, прижав ее к груди, — окаменевшая, холодная, как мрамор.
Никакие усилия прибывших врачей не могли привести ее в себя. Настоятель Софийской церкви в Самаре священник Виталий Калашников рассказывает, что тетка его матери - Анна Павловна Калашникова - в 1956 году работала в Куйбышеве врачом "скорой помощи", и именно она пыталась сделать Зое укол, но игла гнулась и не входила в тело.
Хотели взять девушку в больницу для наблюдения, но не могли сдвинуть ее с места: ее ноги были как бы прикованы к полу. Но сердце билось — Зоя жила. С этого времени она не могла ни пить, ни есть.
Сотни людей со всей Самары и соседних деревень стали приходить к дому на улице Чкалова. Но скоро по распоряжению властей помещение было закрыто для посетителей. В нем дежурили посменно два милиционера, а около дома было выставлено оцепление конной милиции.
В фильме «Стояние Зои», показанном недавно на самарском телеканале «Терра», старенькая пенсионерка Анна Федотова рассказывает, как она шла за милиционером, дежурившим в том доме. И на ее неотступный вопрос: «Стоит ли кто? А если не стоит, тогда почему не пускают и окна забиты?» - он снял фуражку, под которой были седые волосы: «Видите, а мне только 28 лет!»

О всем случившемся известили Патриарха и просили его помолиться о помиловании Зои. Патриарх ответил: «Кто наказал, Тот и помилует».
Когда толпа паломников стала насчитывать ежедневно тысячу человек, уполномоченный по делам религии Алексеев позвонил Епископу Самарскому Иерониму и настоятельно попросил объявить с церковного амвона верующим, что никакой окаменевшей девушки нет, чтобы верующие разошлись. Как рассказывает бывший секретарь епархиального управления Андрей Савин, Владыка Иероним ответил так: «Хорошо, я объявлю, только разрешите, я сам туда схожу, посмотрю». Через два дня позвонили - с тем, что не надо объявлять и не надо ходить.
Через несколько дней в Куйбышеве была собрана XIII областная партийная конференция. Первый секретарь обкома КПСС товарищ Ефремов получил около 20 записок от делегатов с просьбой подтвердить или опровергнуть слухи о Зое каменной.
«Да, произошло такое чудо – позорное для нас, коммунистов, руководителей парторганов...», – ответил Ефремов и стал ругать милицию, которая вместо того, чтобы по-тихому все искоренить, пустила в ход конные наряды.
В тот 1956 год в области на Страстную неделю перед Пасхой не было слышно обычных песен, замолчали гармошки, люди потянулись на исповедь. В колхозе «Победа» перед Пасхой был сорван показ кинофильма. Никто на него просто не пришел.
Если в 1954 году в Куйбышеве было прочитано 832 атеистических лекции, то за первый квартал 1956 года их начитали более 2000. Но пока лекторы мотались по заводским и сельским клубам, народ валом валил в сохранившиеся храмы.
Сведения, естественно, дошли до Москвы, скандал разгорался страшный. Требовалась по-настоящему крупная провокация, чтобы сорвать, как тогда выражались, «происки поповщины». С поисками кандидата в жертвы помогло следующее обстоятельство.
В самом начале истории с Зоей, священники, приглашенные матерью, пытались взять из окаменевших рук Зои икону святителя Николая. Надеялись, что возвращение образа в красный угол сможет вернуть девушке жизнь. Но они не могли этого сделать.
В праздник Рождества Христова приехал иеромонах Серафим (Полоз), отслужил водосвятный молебен и освятил всю комнату. После этого он сумел взять икону из рук Зои и возвратил его на прежнее место. Он сказал: «Теперь надо ждать знамения в Великий день (то есть на Пасху)! Если же оно не последует, недалек конец мира». С этого и начались мучения батюшки.

Так как имя отца Серафима (Полоза) стало широко известно верующим, по нему и решили ударить. Посадить за веру означало сделать из него мученика. Требовалось иное решение. Чтобы изгладить память о чуде с Зоей, его обвинили в мужеложстве... Это была самая изощренная форма преследования. Человек не просто устранялся, само имя его и все, что стояло за ним, смешивалось с грязью. Прием этот был настолько мерзок, что власть применяла его лишь в исключительных случаях, когда ставки были слишком высоки. Найти клеветников-свидетелей было несложно. Этот порок – гомосексуализм – был в СССР уголовно наказуем, поэтому люди, подверженные этому, были на крючке у спецслужб и являлись первыми кандидатами в стукачи.
Вскоре после стояния Зои над отцом Серафимом состоялся суд. Русская Церковь, Патриарх Алексий (Симанский) предельно четко выразили свое презрение к клевете на отца Серафима (Полоза), поставив его, после отбытия срока заключения, на единственный тогда приход в г. Сыктывкар. Батюшку здесь не просто уважали, а любили, плакали и радовались вместе с ним перед алтарем. Он умел так молиться, что никто не оставался рядом с ним холоден или равнодушен. Господь отер доброе лицо батюшки от плевков богоборцев.

Возвращаясь к стоянию Зои, нельзя не сказать о том, что перед праздником Благовещения (в тот год оно было в субботу третьей недели Великого поста) приходил благообразный старец и просил допустить его к Зое. Но дежурные милиционеры отказали ему. Лишь в третий раз, в самый день Благовещения дежурные пропустили его. Охрана слышала, как он ласково сказал Зое: «Ну, что, устала стоять?» Прошло некоторое время, и когда дежурные милиционеры хотели выпустить старца, его там не оказалось. Все были убеждены, что это был сам святитель Николай.

Зоя простояла 4 месяца (128 дней), до самой Пасхи, которая в том году была 6 мая по новому стилю. В ночь на Светлое Христово Воскресение Зоя стала особенно громко взывать: «Молитесь! Страшно, земля горит! Молитесь! Весь мир в грехах гибнет!».
С этого времени она вдруг ожила. Ее уложили в постель, но она продолжала взывать и просить всех молиться о мире, гибнущем во грехах, о земле, горящей в беззакониях. На вопрос, кто же ее кормил в течение 128 дней, она ответила, что ее кормили голуби.
Все случившееся настолько поразило живущих в городе Куйбышеве и его окрестностях, что множество людей, видя чудеса, слыша крики и просьбы молиться за людей, гибнущих во грехах, обратились к вере. Спешили в церковь с покаянием. Некрещеные крестились. Не носившие креста стали его носить. Обращение было так велико, что в церквах недоставало крестов для просящих. Со страхом и слезами молился народ о прощении грехов, повторяя слова Зои: «Страшно, земля горит, в грехах погибаем. Молитесь! Люди в беззакониях гибнут».

Советская печать не смогла умолчать об этом происшествии: отвечая на письма в редакцию, некий ученый подтвердил, что, действительно, событие с Зоей не выдумка, однако представляет собой случай столбняка, еще не известный науке.
Однако этот ученый умолчал о том, что, во-первых, при столбняке не бывает такой каменной жесткости и врачи всегда могут сделать укол больному; а во-вторых, при столбняке можно переносить больного с места на место и он лежит, а ведь Зоя стояла, и стояла столько, сколько не по силам простоять даже и здоровому человеку, и притом ее не могли сдвинуть с места; и, в-третьих, столбняк сам по себе не обращает человека к Богу и не дает откровений свыше, а при Зое не только тысячи человек обратились к вере в Бога, но и веру свою явили делами: крестились и стали жить по-христиански. Ясно, что не столбняк был тому причиной, а действие Самого Бога, Который чудесами утверждает веру, дабы избавить людей от грехов и от наказания за грехи.

Архивные материалы о "стоянии Зои", хранившиеся под грифом "секретно", утрачены во время недавнего разрушительного и жуткого пожара в здании самарского МВД. Сейчас в Самарской епархии создана специальная комиссия, призванная собрать материальные свидетельства чуда «стояния Зои» и увековечить память об этом событии.
По словам секретаря Самарского епархиального управления протоиерея Виктора Ушатова, комиссии поручено установить дальнейший жизненный путь Зои. Существуют две версии её судьбы: согласно первой, девушку поместили в психиатрическую больницу, а по второй, она умерла вскоре после того, как отошла от окаменения. Также исследователям поставлена задача найти икону свт. Николая Чудотворца, которую Зоя держала в руках. По результатам расследования будет издана книга.
Пока же под угрозой исчезновения находится главное свидетельство чуда стояния Зои – это дом на ул. Чкалова 84, где следы её пребывания хранит пол. Половицы вокруг девушки пытались вырубить топором, чтобы сдвинуть её с места. Администрация города выделила земельный участок строительной компании под застройку. Самарская епархия просит передать участок Церкви или вернуть в муниципальную собственность, чтобы в дальнейшем там можно было возвести часовню или устроить в доме музей.

Вспоминает протоиерей Анатолий Литвинко, клирик Самарской епархии.
«Я спросил отца Серафима: “Батюшка, это вы взяли икону из рук Зои?” Он смиренно опустил голову. И по его молчанию я понял: он». Батюшка скрывал это по своему смирению. Да и власти могли вновь начать на него гонения из-за большого притока паломников, желавших приложиться к чудотворной иконе святителя Николая, которая всегда была в храме, где служил отец Серафим. Со временем власти потребовали убрать икону, скрыть от народа, и она была перенесена в алтарь.

Недавно этим случаем вновь заинтересовалась массовая печать. Приводим выдержки из публикации в “Комсомольской правде”: «Многим верующим в Самаре известна пенсионерка Анна Ивановна Федотова. “В те дни возле дома Зои я была дважды,— рассказывает Анна Ивановна,— приезжала издалека. Но дом был окружен милицией. И тогда я решила расспросить обо всем какого-нибудь милиционера из охраны. Вскоре один из них — совсем молоденький — вышел из калитки. Я пошла за ним, остановила его: “Скажите, правда, что Зоя стоит?” Он ответил: “Ты спрашиваешь, в точности как моя жена. Но я ничего не скажу, а лучше смотри сама...” Он снял с головы фуражку и показал совершенно седые волосы: “Видишь?! Это вернее слов. Ведь мы давали подписку, нам запрещено рассказывать об этом. Но если бы ты только знала, как страшно мне было смотреть на эту застывшую девушку!”

Совсем недавно отыскался человек, поведавший о самарском чуде нечто новое. Им оказался уважаемый в Самаре настоятель Софийской церкви священник Виталий Калашников: “Анна Павловна Калашникова — тетка моей матери — в 1956 году работала в Куйбышеве врачом “скорой помощи”. В тот день утром она приехала к нам домой и сообщила: “Вы тут спите, а город уже давно на ногах!” И рассказала об окаменевшей девушке. А еще она призналась (хотя и давала подписку), что сейчас была в том доме по вызову. Видела застывшую Зою. Видела икону святителя Николая у нее в руках. Пыталась сделать несчастной укол, но иглы гнулись, ломались, и потому сделать укол не удалось. Все были потрясены ее рассказом. Анна Павловна Калашникова проработала на “скорой” врачом потом еще много лет. Умерла в 1996 году. Я успел пособоровать ее незадолго до смерти. Сейчас еще живы многие из тех, кому она в тот самый первый день нового года рассказала о случившемся”».

Валентина Николаевна М. (г. Белгород) вспоминает: «Я приехала к отцу Серафиму. Остановилась переночевать в доме Марии Романовны, где собралось много приезжих. Спать было тесно, в комнате душно. Два молодых человека поднялись и вышли во двор на свежий воздух, вслед за ними — и я. Разговорились. Оказалось, что они из Куйбышева и учатся в духовной семинарии. Я стала расспрашивать их о “Зоином стоянии”. Когда это произошло, они были ребятишками. Именно это чудо и привело их к вере в Бога. Теперь они приезжают к отцу Серафиму, став его духовными чадами. Они утверждали, что именно отец Серафим взял икону из рук Зои.

...После службы староста храма матушка Екатерина Лучина (в постриге монахиня Серафима) спрашивает: “А ты приложилась к чудотворной иконе святителя Николая?” Я ей отвечаю: “Да”. Она не отстает: “К какой?” Я указываю на большую икону святителя Николая — у стены. Она говорит: “Нужно приложиться к той, что на аналое. Ее наш батюшка взял у Зои. Только никому не рассказывай, а то нам запретили об этом говорить. Батюшку могут вновь арестовать”».

Духовные чада старца свидетельствовали, что из Куйбышева приезжала верующая женщина и, увидев отца Серафима, узнала в нем того священника, который взял из рук Зои икону святителя Николая. И, видимо, не случайно по благословению отца Серафима в ракитненском храме у иконы святителя Николая Чудотворца и у Распятия Спасителя (на Голгофе) вот уже тридцать пять лет горят неугасимые лампады.

Елизавета Константиновна Фофанова, духовная дочь старца, однажды спросила отца Серафима: “Батюшка, это вы взяли икону у Зои?” Он ей ответил: “Зачем вам это знать? Не спрашивайте меня больше об этом”.

Близкая духовная дочь спросила отца Серафима: “Батюшка, это вы были в Куйбышеве и взяли икону из рук Зои, сотворив чудо?” Старец ответил: “Деточка моя, чудеса творит Бог, а мы, недостойные, по молитвам нашим получаем”.

Из воспоминаний Александры Ивановны А.: «На пятой неделе Великого поста 1982 года я приехала в Ракитное. Я дерзнула спросить: “Батюшка, а где икона святителя Николая, которую вы взяли у Зои?” Он строго на меня посмотрел. Наступило молчание. Почему я вспомнила именно об иконе? В Куйбышеве жили мои родственники — на той самой улице, что и Зоя. Когда все это произошло, мне было четырнадцать лет. Чтобы народ не собирался возле дома, по вечерам отключали освещение. Крики Зои приводили всех в ужас. Молодой милиционер, стоявший на посту, от всего этого поседел. Мои родственники, будучи очевидцами происходящего, стали верующими и начали посещать храм. Чудо “Зоиного стояния” и все, случившееся с ней, глубоко запечатлелось в моем сознании. После строгого взгляда отца Серафима меня пронзила мысль: “Ой, горе мне, горе!” Вдруг батюшка сказал: “Икона лежала в храме на аналое, а сейчас она находится в алтаре. Были такие времена, когда ее велели убрать”. И добавил: “Вы первая, кому я об этом сказал”. Через две недели батюшка скончался».

Вот что рассказала Клавдия Георгиевна Петруненкова из Санкт-Петербурга — духовная дочь митрополита Николая (Ярушевича). «Когда произошло “Зоино стояние”, я спросила Владыку, был ли он в Куйбышеве и видел ли он Зою. Владыка ответил: “Я был там, молился, но икону у Зои не взял,— не время еще было. А взял икону отец Серафим (тогда еще отец Димитрий)”. Незадолго до кончины отца Серафима я была в Ракитном. В храме, на горнем месте, справа от престола я видела икону святителя Николая в окладе. Во время беседы с отцом Серафимом в его келье я спросила: “Батюшка, у вас в алтаре икона святителя Николая — та, которая была у Зои?” “Да”,— ответил он. О Зое мы больше не говорили».

О куйбышевских событиях рассказывает протоиерей Андрей Андреевич Савин, бывший в то время секретарем Самарского епархиального управления: «При епископе Иерониме это было. Утром я увидел группу людей, стоящую возле того дома. А уже к вечеру толпа доходила до тысячи человек. Были выставлены патрули. Но людей сначала не трогали — видимо, сказывалось первое замешательство. Это уже позднее начали всех разгонять. Предлог обычный: “Нарушаете покой жителей, движение автотранспорта”. Но толпа все равно росла как на дрожжах. Многие приезжали даже из окрестных сел. Те дни были очень напряженными. Народ, естественно, ждал от нас разъяснений, но ни один священник и близко к тому дому не подходил. Боялись. Тогда мы все ходили по “тонкой жердочке”. Священники были “на регистрации” — их утверждал и смещал полномоченный по делам религий — от исполкома. В любой момент каждый мог остаться без работы и средств к существованию. А тут такой прекрасный повод свести с нами счеты!Вскоре среди верующих прошел шепоток, что Зоя прощена и в день Святой Пасхи воскреснет. Люди ждали, надеялись. А по городу уже вовсю расхаживали отряды комсомольцев. Бойко “разоблачали”, уверяя, что были в доме и ничего не видели. Это все только подлило масла в огонь, так что и те, кто действительно не верил в чудо, под конец усомнились: “Наверное, все же народная молва права, хоть и не во всем; и в доме на Чкаловской улице все-таки произошло нечто удивительное — не сомневаюсь!”»

Архиепископ Самарский и Сызранский Евсевий как бы подытоживает различные суждения о случившемся: “Свидетелями этого чуда были многие люди. Я узнал об этом в 1957 году во время учебы в семинарии. Сомнений не было никаких: это величайшее чудо! В то время, когда вера подвергалась гонению и поруганию от безбожных властителей, этот случай чудесного проявления силы Божией стал сенсацией. И не только для жителей Самары. Чудо с Зоей стало уроком многим. Ведь относиться к святыне нужно с благоговением. Это урок и безбожникам: ты можешь не верить, но святыню не тронь, иначе последует наказание! Если бы неверующая Зоя не прикасалась к святой иконе, ничего ведь не произошло бы.Подобных чудес совершалось немало: когда нечестивцы касались святыни, они поражались. Аффоний в Иерусалиме при погребении Богородицы хотел опрокинуть Ее гроб, и на виду у всех Ангел Господень отсек ему руки. Известны случаи, когда человек сбрасывал на землю колокол и вместе с колоколом сам летел вниз. Да, в те времена у людей была большая потребность в чуде. Но чудеса являются, когда они нужны для народа, когда Господь определит”.

После взятия иконы у Зои отца Димитрия (Тяпочкина) оклеветали и сфабриковали на него новое дело, а Владыку Иеронима освободили от управления Куйбышевской епархией. Вот что в 1989 году рассказал игумен Герман, насельник Оптиной пустыни (в 50-е годы он прислуживал в кафедральном соборе Куйбышева). «Чего не видел, о том говорить не буду, а что знаю, то скажу. Улицу оцепили, взяли подписку о неразглашении. Настоятелю собора позвонил уполномоченный и попросил объявить с амвона в ближайшее воскресенье, что никакого чуда нет. Отец настоятель ответил: “Разрешите я поеду посмотрю и расскажу людям то, что видел”. Уполномоченный задумался на минуту и пообещал вскоре перезвонить. Повторный звонок раздался через час и о. настоятелю сказали, что ничего объявлять не надо. Поскольку в народе было много разговоров, даже местные советские газеты не смогли обойти молчанием это чудо и попытались выставить его как “обман попов”. Вскоре после этого случая о. Серафиму дали три года». Ему запретили рассказывать о взятии иконы у Зои и после отбытия срока направили служить в отдаленное село Днепропетровской епархии, а затем перевели в село Михайловское.

По материалам книги “Белгородский старец архимандрит Серафим (Тяпочкин)”, (Св.-Троицкая Сергиева Лавра, 1998)